urn:lj:livejournal.com:atom1:ptah_of_prey ptah_of_prey ptah_of_prey 2004-10-28T15:58:38Z urn:lj:livejournal.com:atom1:ptah_of_prey:508 2004-10-28T15:58:38Z 2004-10-28T15:58:38Z Море<br /><br />Вы когда-нибудь видели Море? Нет, я не про картины и фотографии, и даже не про ваш ежегодный отдых на побережье. Разговор пойдет о другом... Видели ли вы Море так, как видят его писатели?<br />Море помнит всех, кто обратился к нему. Помнит всех нас, ведь каждый склонился перед ним хоть раз в далеком детстве.<br />Да, мы были детьми, упорными, наивными, и та наивность оказалась одним из самых больших сокровищ, потому что именно наивность дарит свободу убеждений и чувств, независимость от взглядов старших, умных, напыщенных из-за своего ума и опыта.<br />Мы читали книги, позволяя им пленять нас и уводить за собой. И книги очаровывали нас, приводя к Морю, ибо путь туда создается фантазией. Он прокладывается для каждого только однажды, поэтому, пройдя до конца, больше никогда не забудешь ту дорогу.<br />Море катило волны, величественное, бесконечное, обманчивое. Море поразило каждое людское сердце. А чье не поразило... Так разве может не воспринимающий красоту даже в детстве называться человеком?<br />И сбитый с толку читатель, не доверяя себе, опускал руки в воду, неосознанно пытаясь овладеть морским могуществом, подчинить его величие. Но вода ускользала сквозь пальцы, щеголяя чистотой и изменчивостью формы. Тогда, вернувшись домой, многие записали свои впечатления, первое стихотворение или зарисовку. Еще больше побоявшихся довериться словам.<br />Море зовет приходивших к нему, зовет, пока ты властен его слышать, пока у тебя есть сила в него верить, пока главная цель не сводится только к куче денег. Обычные люди не возвращаются к Морю, они не нуждаются в таинственном шепоте камешков, плеске волн и соленых поцелуях брызг. Писатели возвращаются.<br />Они склоняются перед Морем, здороваясь с водой, и Море приветствует их в ответ, уже зная, кто его посетил. И писатель не может отвести удивленного взгляда от ладоней, на которых вместо соли осталось сияние. В мире людей этого сияния не видно, но руки всегда окутывает тепло, когда ты приближаешься к Морю.<br />И когда будущий писатель наконец-то осмеливается оглядеться, чувствуя, как все в этом мире изменяется, принимая тебя как достойного творить, он видит корабль, отдающий швартовы, а потом медленно исчезающий за горизонтом.<br />Это корабль Автора, что привел тебя сюда. Но корабль не настоящий, только призрак, только воспоминание, ибо Автор удачно вернулся из плаванья, чтобы ты смог прочитать его книгу.<br />Это чудо может испугать, вызвать зависть или желание обладать еще лучшим кораблем, совершать собственные путешествия. У каждого свои чувства. Но с того времени будущий писатель часто возвращается на побережье.<br />Иногда он сидит, наблюдая за Морем, и приходит понимание, что эта необъятность никогда не повторяется, это люди вторят другим, обвиняя в этом как будто ограниченность водной плоскости. Хотя еще никто не добирался до другого берега.<br />Иногда он видит людей, которые стыдливо озираются или пренебрежительно, ни на кого не обращая внимания, набирают воду и переливают в бассейны, принесенные с собой. Делают искусственное море и играют там в кораблики, радостные и немного двинутые на воспоминаниях про свои настоящие путешествия, время которых давно минуло. И молодым писателем овладевает страх, и он клянется, что никогда не опустится до такого. Но почти всегда не держит обещание.<br />Иногда он смотрит, как отплывают чужие корабли, но слишком редко капитаны берут на борт лишнего пассажира. Потом те корабли появляются снова, обычно искалеченные штормом, с рваными парусами, а гордые, но обессиленные капитаны часто не удерживаются на ногах, как только ступают на землю, и долго не могут прийти в себя и подняться.<br />Любители искусственного моря угрожают и молят, пытаясь купить или отобрать свежую воду, набранную смельчаками в открытом Море. Эти люди знают почти всех капитанов, чувствуется, что они связаны как увлеченностью и завистью, так и презрением и ненавистью. А на тебя никто не обратит внимания. Почти все они хоть недолго, но были в открытом море. А ты? У тебя даже собственного корабля нет.<br />Иногда ты окунаешь ладони в воду, учась играться словами. Даже очень-очень хорошо играться, но в тех произведениях не будет души, свежести первотворения, потому что твоему таланту нужны новые впечатления и простор. Ему надоело это побережье, чужие праздники бесшабашности и горе осторожности. Он тянет тебя на глубину, далеко-далеко, где еще никто не был...<br />Иногда молодой писатель находит обломки чужих кораблей, поеденных ржавчиной и плесенью, почти труху, а не дерево – забытых, брошенных, преданных кораблей, или растрощенные болью обломки красавцев, которые не выдержали урагана.<br />Многие так и не построят свой корабль. Не хватит терпения для парусов, решительности, веры в себя, смелости, чтобы те паруса наполнить ветром, власти над компасом и навигационными приборами, мастерства, скрепляющего доски бортов, воли, которая крепит каркас, фантазии, что создаст команду из героев еще ненаписанного произведения.<br />Еще многое нужно, чтобы построить свой корабль. Хотя были смельчаки, отправляющиеся в путешествие на утлом суденышке, собственноручно вычерпывая воду. И некоторые счастливцы даже возвращались с победой и славой. А были те, что слишком старательно и долго проектировали и проверяли свое судно, так никогда и не заканчивали работу или боялись отойти далеко от берега, подчиняясь осторожности и почитанию авторитетов.<br />А каждое настоящее путешествие – это воплощение опасности. Море коварно, оно заманивает спокойствием и приветливостью, но стоит только призрачному побережью исчезнуть, оно проявляет свою власть.<br />И тогда нужно Море слушать, ибо это его истории ты пересказываешь людям, поэтому так нужна тишина, которой пренебрегают современные произведения техники. Море никогда не заговорит с ними, потому что ненавидит, и без сомнения обманет и потопит. Это дело чести. И нужно с Морем спорить, ведь только так можно остаться в живых и стать достойным этой беспредельной бездны, что одаривает и штормами, и штилем.<br />Там, на глубине, у каждого свой путь, свои искушения и свои испытания. Обычно в эти тайны не посвящаются даже близкие люди, ибо Море отомстит. И те, кто делится таким опытом, очень редко путешествуют снова, приучаясь забавляться корабликами.<br />Но одно я могу сказать, что, несмотря на опасность, находиться на глубине – огромное счастье, в котором нуждаешься больше, чем в чем-либо еще, и сотворенный тобой мир всегда ближе и лучше мира людского, даже если его цвета только темные.<br />Капитан, обычно одинокий, выше всех людей и могущественней, и велико искушение воспользоваться словом, чтобы уничтожить врага, приворожить не отвечающего взаимностью, подчинить целый народ или мир. В Море это возможно, и цена для каждого своя. Но только зло ведут за собой такие желания.<br />Я уже чувствовала, как дышит Море под моим кораблем, я заплывала далеко, иногда сомневаясь, что найду дорогу домой. Но я снова окажусь на глубине, даже еще дальше от берега, так далеко, насколько хватит смелости.<br />Спусти на воду свой корабль, молодой писатель!<br />Осталось так мало капитанов, и на берегу стоят огромные очереди за привезенной свежей, не заиленной, живой водой, и без счета тех, кто бессмысленно играется словами. И это, на самом деле не главное, умение подменило душу писательства, уничтожает его чарующую силу, ибо слово, сказанное на берегу, не имеет власти.<br />Я жду тебя там, на глубине.<br />Не бойся, верь, у тебя все обязательно получится.<br />А если ты попадешь в беду, позови, я приду на помощь.